Рыцарь энергетики

Сейчас не принято на кого‑то равняться и создавать себе кумиров, и в этом, конечно, нет ничего плохого. Каждый человек уникален, интересен и самодостаточен. Но все же есть среди нас те, кто вызывает желание соответствовать, люди, которые неподдельно восхищают. Например такие, как Валентин Стафиевский, которому 1 января исполнилось 80 лет.

Простой советский человек

Мы встречаемся в его кабинете около шести вечера, в день и час, когда он уже в Москве, еще не улетел в новую командировку и закончил с основными делами. Он прихрамывает. Говорит: «На медведя ходил в горах. Камни скользкие. Неудачно упал». Этому человеку вот-вот исполнится 80 лет, значительная часть которых прошла на крупнейших энергостройках бывшего СССР, в тяжелейших условиях Средней Азии и Сибири. Этот человек – инспектор РусГидро Валентин Анатольевич Стафиевский. Сейчас в СМИ не принято писать отчество, считается слишком по‑­советски. Но наш случай – именно тот, когда рука не поднимается написать по‑другому. Тем более что Валентин Анатольевич плоть от плоти человек советский, сам это признает и этого не стесняется. Советский в том смысле, что дело для него всегда было превыше всего. Дело и семья. Хотя, говорит, осознание последнего пришло уже в зрелом возрасте, годам к 50–60, на которые он себя ощу­щает и сейчас. И это не помешало состоять­ся в профессии, конечно, связанной с энергетикой, троим детям. Причем, как уверяет Стафиевский, они давно его превзошли. «А куда им было деваться? Они с детства ­только гидроэлектростанции и видели», – разводит руками наш герой.

Жара

Сам Валентин Стафиевский начинал трудовой путь в Туркменистане, на ТЭЦ в Чарджоу (помните, в «Вокзале для двоих»: «Кому дыни чарджоуские? Сладкие как мед, гладкие, как девушка!»). Фактически принимал участие в создании в советской республике новой отрасли. В 1950–70‑е годы там были построе­ны сразу пять станций, что позволило к 1975 году увеличить выработку электроэнергии по сравнению с 1940 годом в 54 раза. Сказать, что было сложно, не сказать ничего. Тут ­можно ­вспомнить «Белое солнце пустыни», действие которого происходит в Средней Азии и которое снималось в том числе в Туркменистане. Именно рядом с Чарджоу (ныне – Туркменабад) находилось самое жаркое место одной шестой части суши, где была зафиксирована температура +51,2 °C в тени и +80 °C на солнце.

«Там по большому счету не было энергетики, – вспоминает Валентин Анатольевич. – Мы строили электростанцию, и местных мощностей не хватало, чтобы обеспечить собственные нужды, пришлось пригонять энергопоезд. На Чарджоуской ТЭЦ я быстро прошел путь от старшего электромонтера до начальника цеха. И не потому, что какой‑то особенно талантливый, просто было недостаточно квалифицированных людей. Но, конечно, памятно, что именно мне довелось дать первое напряжение на ВЛ 220 кВ между Мары и Бухарой. Она связывала туркменскую и узбекскую энергосистемы».

AVD45417_sk232.jpg

Холод

Из пустыни и зноя Валентин Стафиевский уехал в Сибирь, на строительство Красноярской ГЭС – на тот момент крупнейшей гидроэлектро­станции в мире. Далее цитата из «Википедии»: «Район расположения Красноярской ГЭС отличается суровыми климатическими условиями, среднемноголетняя температура составляет −0,4 °С, абсолютный минимум температуры (январь) −54 °С». Попросился сам, причем уехал с понижением. «Там было так много желающих, такой огромный конкурс, что, пока я ехал, должность, которую мне предлагали – начальника смены, занял кто‑то другой. Поэтому я стал обычным мастером, через 3 месяца был уже старшим мастером, потом замначальника электрического цеха, начальником цеха и так далее, – перечисляет наш герой. – Не перескочил ни через одну ступеньку. Поэтому, когда стал заместителем главного инженера, не испытывал угрызений совести по поводу того, что чего‑то не знаю».

Строили и жили тогда так, что сейчас в это даже не верится. «Работали как черти, – говорит Стафиевский. – Ночью, бывало, поднимут всех, неважно, на каком ты участке работаешь и кем: «Надо разгружать вагоны!» Сами строили ДК. Однажды приехала комиссия, стала проверять, кто как работает, отдыхает, ходит в отпуск. Выяснилось, что у меня год не было ни одного выходного. Спали сначала в палатках, потом в примитивных общежитиях с печным отоплением. Одна моя коллега рассказывала, что дежурный как‑то заснул, и телогрейки, в которых они спали, ночью примерзли к стене. Но на это никто не обращал внимания. Все гордились, что являются участниками великой стройки».

Трагедия

После Красноярской, нижней ступени Енисейского каскада ГЭС, была верхняя – Саяно-Шушенская. Валентин Стафиевский был там главным инженером, исполнял обязанности ген­директора. То, что произошло в 2009‑м, разделило его жизнь на до и после. Тогда он уже работал в Москве, но станция для него была родной, все знали его, и он знал всех. Потерял много близких людей, и это незаживающая рана. Говорить об этом спокойно не может до сих пор. Да и вообще говорить что‑­либо по этому поводу. Единственное, о чем не смог не сказать, что виноватых в случившемся не было: «Уникальная для всей мировой гидроэнергетики станция, не встречающееся нигде до сих пор сочетание единичной мощности и напора, нигде никогда не использовавшиеся решения, ситуация, которую невозможно было просчитать».

AVD46190.jpg

Такая жизнь

В Москве Валентин Стафиевский с 2005 года. По его ­словам, никогда сюда не стремился, ­долго приглашали, отказывался, но в конце концов сдался. Ради дела. В последнее время работает инспектором, побывал практически на всех станциях, проверяет на соответствие требованиям и регламентам – «чтобы не случилось непоправимого». Многие приказы помнит наизусть или точно знает, где прочитать, вплоть до цвета ­обложки и номера страницы. С одного из последних объектов привез три страницы замечаний. Пишет подробный отчет, который отправляет­ся главному инженеру. «Не обижаются ли на вас?» – спрашиваю. Отвечает: «Не обижаются. Все понимают, что без замечаний не бывает, и устранить их надо».

AVD47177.jpg

Энергии Валентина Стафиевского могут позавидовать и молодые. Он летает с инспек­циями по всей России, преподает, учится сам и регулярно занимается спортом.


Советы патриарха

Как выглядит обычный день Стафиевского, когда он не в командировке? Все просто: подъем в 5:00, зарядка, легкий завтрак и на работу пешком – 7,5 км (вечером также обратно). До 9:00 – онлайн-курс английского языка. Потом написание отчетов, изучение новых нормативных актов, подготовка к занятиям. Валентин Анатольевич ко всему прочему обучает молодежь, в том числе в Саяно-­Шушенском ­филиале СФУ, куда тоже постоянно летает. На вопрос, чему учит, отвечает: тому же, чему учили меня – ответственному отношению к делу и понимаю технологии, необходимости все изучать на практике, без этого никуда. Молодым специа­листам, выпускникам вузов дает совет – лайф­хак, как сказали бы сейчас: «Поезжайте на самые дальние станции, в самые далекие уголки, где нужны люди. Только там можно быстро вырасти в профессиональном плане и увидеть отражение этого в трудовой книжке».

Биография

1 января 1939 года родился в селе Красиково Новосибирской области
1954 год – окончил Сарапульское ремесленное училище
1981 год – окончил Красно­ярский политехнический институт
1962–1968 годы – работа на Чарджоуской ТЭЦ
1969–1983 годы – работа на Красноярской ГЭС 
1983–2005 годы – работа на Саяно-Шушенской ГЭС 
с 2005 года по н. в. – работа в исполнительном аппарате компании